ЗАВИСТЬ

Колышется река передо мной, Так много жизни в этом колыханье. Река сверкает солнцем и весной, Живительно для нас ее дыханье.
И это зависть вызвало во мне?
Подобен океану мой народ, А речка, что скрывать, не многоводна, Где ей положено, там и течет, А я по всей земле пройду свободно.
Так что же зависть вызвало зо мне?
Но от реки я глаз не оторву,— Вскипают волны, пенятся в избытке. Они вобрали неба синеву, В них блещут солнца золотые слитки.
Щебечут птицы над водой реки, Им по сердцу волнистые качели. Коснувшись влаги свежей, ветерки С ее прохладой в город полетели.
Не это зависть вызвало во мне…
Живое пламя в сердце у меня, В нем есть любовь и ненависть святая. Ведь я сама возникла из огня, Дочь солнечного, огненного края.
Так что же зависть вызвало во мне?
Слежу я долго, жадно за водой, Мне глиняная видится ограда. Держа кетмень в руках, старик седой Поит речным потоком землю сада.
Косичек влажных льется серебро, Вода струится по земле душистой, Моя душа, чтоб с ней творить добро, Стремится к ней, к такой простой и чистой.
Девчонка пригоршнями из реки Пьет воду… Как мне хочется, чтоб каждый, Чье сердце зажжено высокой жаждой, Испить пришел бы из моей строки!
…Так вот что зависть вызвало во мне!

УТРО

Дворик весь расчерчен классами, Мелом выведены линии. Не тревожимое асами, В полном свете утро синее..
И вприпрыжку на сияние Выбегает детство милое, И теплеет воркование На карнизах сизокрылое.
И, кудрявясь, смотрят тополи, Смотрит облачко весеннее, Как смеются, как затопали, Сколько шума и движения!
Заигрались и не видели Пятчлетние ровесницы, Кто сошел в зеленом кителе, Костылем стуча, по лестнице.
Кто, с порога с грустью ласковой На головки глядя русые, Вспомнил вдруг, как, сталью лязгая. Бой гремел под Старой Руссою.
А потом — в пожарах Латвия, А потом — земля немецкая… Свято выполненной клятвою Встало это утро детское.

ДОМ НА ПЕРЕКРЕСТКЕ

Как и в былые времена, когда на фронтовых дорогах случалась нужда в ночлеге, Рожков решительно стукнул варежкой в темное оконце. И так же, как в былые времена, в ответ на его стук в избе занялся желтый керосиновый свет. На заиндевелых добела стеклах четко выступила сплюснутая тень самовара. Скрипнули половицы в сенях, шаркнули валенки, загремела щеколда.
Сколько времени прошло — двадцать ли минут или полчаса,— никто не считал, но когда укутанная в брезенты машина была заведена во двор и Рожков с шофером уселись за хозяйский стол, перед ними, фыркая паром, уже шумел медный толстяк, тень которого первой приветствовала путников в этом незнакомом им доме. Читать далее «ДОМ НА ПЕРЕКРЕСТКЕ»

НЕОДОЛИМАЯ СИЛА ЖИЗНИ

В Калифорнии выпали радиоактивные осадки.
Некоторые из наших читателей, писал мне редактор одной газеты, настойчиво требуют объявить бойкот сельскохозяйственным продуктам, поступающим из Калифорнии. Что вы об этом думаете? Окажет ли это воздействие на те державы, которые еще упорствуют?
Почти одновременно одна наша приятельница, живущая в Сан-Франциско, рассказала, что ее домашний врач, человек консервативных взглядов, разразился следующей тирадой:
— Будь я на вашем месте, я прекратил бы на время покупать свежее молоко для детей. Кто знает, сколько в нем строн-ция-90! Я думаю, консервированное молоко будет безопаснее…
Вот еще одно письмо — от рабочего-электрика из Сакраменто. Его мысли на ту же тему окрашены мрачноватым юмором. «Ну, как,— пишет он,— съедаете вы ежедневную порцию радиоактивной пищи, например, стронция-90? Смотрите, не отставайте от других!»
Читать далее «НЕОДОЛИМАЯ СИЛА ЖИЗНИ»

РАССКАЗ О БЕЛОМ ГОЛУБЕ

Однажды, в один из своих приездов в Москву на сессию Верховного Совета, возвращаясь из Кремля к себе в номер гостиницы, я увидел перед зданием Манежа огромную стаю сизокрылых голубей. На тротуаре стояла толпа горожан и наблюдала за веснушчатым белоголовым подростком в форме школьника и пионерском галстуке на шее, крошившим свежую поджаристую булку. Непуганые птицы бесстрашно копошились у ног подростка и, склевывая разбросанный мякиш, сыто ворковали. На сером асфальте мелькали их хрупкие, похожие на прутики краснотала лапки. Читать далее «РАССКАЗ О БЕЛОМ ГОЛУБЕ»

Беспокойная душа

БЕСПОКОЙНАЯ ДУША
Мороз ударил с вечера. К утру окна в хате колхозного конюха Мирона Захаровича Баштанника затянуло белыми узорами. Сквозь них с трудом пробивался блеклый рассвет, когда старый конюх, истомившись за ночь без сна, свесил с кровати ноги и стал шаркать по крашеным половицам заскорузлыми подошвами, отыскивая валенки. Читать далее «Беспокойная душа»